Счастлив, что работаю в театре

Вадим Кожуров — бутафор Театрума, специалист, которому под силу создать муляжи любых реальных предметов. Мы побеседовали с Вадимом о тонкостях работы, правилах жизни и роли семьи в формировании интересов. Об этом и многом другом читайте в нашем интервью.

— Вадим, бытует мнение, что многие театральные работники втайне мечтают стать актерами. Что вы думаете об этом утверждении?

— Стать актером я точно не хочу. И хотя я люблю петь, даже занимаюсь вокалом с преподавателем, пою для коллег, чтобы поднять им и себе настроение, профессионально выступать на сцене я не мечтаю.

— Выходит, мы развеяли миф…

— Да, я люблю шить и петь, а вот к актерству совершенно равнодушен.

— Расскажите, откуда вы родом?

— Из Кунгура, это Пермский край.

— Как жизнь в Кунгуре, на ваш взгляд, сформировала вас, ваши интересы?

— Вообще, в какой-то момент из Кунгура мы переехали, однако я бывал там на каникулах у бабушки и дедушки. Их жизнь в частном доме определила мои интересы. В моей семье все делали своими руками. А еще мне достались способности от прабабушки и прадедушки шить, кроить, мастерить из дерева, железа...

— Наверное, вы уже в детстве определились с профессией?

— Вот, кстати, что касается детства и первого вопроса. Мама рассказывала (сам я этого не помню), что однажды, в возрасте пяти или шести лет, я увидел в «Детском мире» аккордеон. Игрушечный, уменьшенный, однако на нем можно было играть. Так вот, я кричал до тех пор, пока этот аккордеон мне не купили. В итоге меня даже водили к учителю, я играл на инструменте и твердил, что хочу быть артистом.

— Ага, значит, артистом быть все же хотелось…

— Да-да (смеется). Но я правда не помню этого.

— Перейдем к бутафории. Вадим, вы получали специальное образование?

— По образованию я закройщик-универсал мужской и женской верхней одежды. А вот мастерить разные предметы меня научила семья. Не только прабабушка и прадедушка, но и отец.

— А при каких обстоятельствах вы начали работать в театре?

— Волею судеб. Я не подозревал, что однажды буду работать в театре. Но вот почти три года назад, когда я искал работу, знакомая посоветовала мне обратиться в Театрум. Я пришел, рассказал, что умею делать, и меня взяли. Четыре месяца трудился монтировщиком, потом меня перевели в бутафоры.

— Помните первый спектакль, который оформляли уже как бутафор?

— Это был «Демон», и я создавал много камней из штукатурки.

— Есть ли материал, работа с которым требует значительных усилий, может, даже осторожности?

— Это ворсовые бархатные ткани. Во-первых, такие ткани нельзя ставить под утюг, во-вторых, в театре есть нюанс, связанный с бархатом. Как-то меня попросили сшить для спектакля «Гадкий утенок» дополнительную кулису. Я и сшил, да только режиссер и актер Николай Бабушкин сообщил мне, что сделал я это неправильно, потому что моя кулиса ворсом вниз, а ткани в театре должны быть ворсом вверх.

— Интересно! А почему?

— Потому что, когда ворс направлен вверх, цвет ткани кажется более глубоким, меньше отражает свет.

— Сколько же тонкостей должен знать бутафор…

— Очень много! Вот вам еще случай. Для спектакля «Дикари» я создавал зубы из штукатурки. Тогда я сразу догадался, что сделать их нужно раза в три крупнее настоящих, в противном случае зрители ничего не увидят.

— А над какими постановками в Театруме работать было интереснее всего?

— На самом деле интересно работать всегда. Но если нужно выделить что-то конкретное, то пусть это будут «Винни-Пух и все-все-все», «Золушка», «Королевство кривых зеркал». Просто потому, что в этих спектаклях я много бутафории делал.

Слушайте, а много еще вопросов? (Смеется.)

— Самую малость, остались только о вас как о человеке!

— А, ну давайте.

— Вадим, вас характеризуют как отзывчивого, позитивного и легкого на подъем человека. Поделитесь секретом хорошего настроения!

— Спорт! Как бы мне ни было трудно или плохо, я всегда заставляю себя сделать утром зарядку и принять контрастный душ. Вдобавок зимой это лыжи в лесу, летом велосипед. Еще хожу в бассейн раз в неделю. В общем, основное правило в жизни — быть в постоянном движении.

А еще меня вдохновляет музыка. Собственно, работаю я под музыку. Люблю нашу эстраду, советскую и российскую.

— Последний вопрос. Есть ли в Театруме некое место силы именно для вас?

— Сцена. Все-таки обладает она, похоже, какой-то особой энергетикой… Когда никого нет, я сажусь на сцену, включаю музыку и работаю. Шью, слушаю песни и тихонько пою…

Можно поделиться кое-чем напоследок?

— Конечно!

— Мне очень нравится работать в театре! Очень. Если бы мне несколько лет тому назад сказали, что я буду здесь трудиться, то я бы никогда не поверил в это. Однако судьба распорядилась именно так. И за это я ей безмерно благодарен.